Метель 2015: Столица Арктики, часть 5

ЧАСТЬ 5
Эту часть путешествия я предлагаю моим читателям разделить с Николаем Николаевичем Урванцевым. Кое-где мой дневник, помимо различных справочных сведений будет прерываться выдержками из его дневника, который был издан книгой под названием "Таймыр- край мой северный". Многие вещи, происходившие почти сто лет назад на Таймыре, до сих пор не изменились.

04.03. -33° безветренно, солнечно, 235 км, ходовое время 21 час
Очень ранний старт, потому что после комфортных гостиничных номеров никому не хочется опять впятером/вчетвером ночевать в машинах. Последнее фото на память и прощай Диксон. Не знаю, побываем ли мы здесь ещё, не знаю, будет ли ещё куда приехать через пять-десять лет, или и Диксон пополнит список городов-призраков.


Фото 1. Прощальное фото.



Фото 2. Владимир и Юра Гамбургеры.

По своему треку обратно идется гораздо легче, уже не петляем из стороны в сторону, ещё даже виден наш след. Хотя один раз попытались срезать петлю трека и опять уперлись в торосы, по сравнению с теми торосами, в которые мы закопались перед Диксоном, это были просто торосики, но даже такие маленькие льды вызвали лёгкую панику и мы решили, что возвращение по своим следам самое надежное решение.



Фото 3, 4. Двое из Ларца.
А как в этот день баловала нас погода! С утра, восходящее солнце окрасило снег в оттенки розового и золотого, а синие тени на снегу придавали сказочности пейзажу, который заканчивался небом всех оттенков лазури. Очень хотелось при такой погоде ещё раз встретить ледокол, но он до нас не дошел.
/
Фото 5. Арктический маяк.


Фото 6. Гало в Карском море.

Шли до трёх ночи и, наконец, вдали замаячили огни Сопочной Карги. Наш малыш без колёсика так и грустит без нас под парашютом. Усилием всей команды согрели движок и аккумуляторы и вот, не с первой попытки, но взбрыкнув пару раз (на улице -37) он нежно заурчал, как могут урчать только японские дизеля. Я ни одному возвращению домой после долгого отсутствия так не радовалась, как возвращению в родной и милый Прадик. Стас считает автомобиль всего лишь средством передвижения, набором железяк. Я думаю, что вещи, с которыми человек долгое время общается, становятся чуточку живыми. Можно конечно отделаться объяснением о стремлении человека делать антропоморфным окружающий нас мир, которое осталось в нас от наших предков, которые не могли объяснить окружающую их действительность и наделяли и солнце, и небо, и дождь, и снег человеческими качествами. Но у моей машины есть имя, и пока он долго стоит на ремонте (замена двигателя) я иногда прихожу к нему и рассказываю, что уже сделано, какие запчасти куплены, как продвигается сборка нового двигателя.
Ночевали мы, по ощущениям, в номере люкс, на самом деле всего лишь в своей машине.


Фото 7. Закат.

05.03. -37°, солнечно, 120 км., ходовое время 7 часов.
Утром выспались и принялись за ремонт редуктора, который дожидался нас в дизельной. На Соп-карге нас встретили уже как родных, но начальника станции Алексея мы опять не застали, потому что в наше отсутствие на станцию приехала группа снегоходчиков, которые идут из Мурманска на Уэлен. Их команда заходила на Енисей с Салехарда через Гыду и у них сломался один из снегоходов – Алексей, имеющий опыт по доставке запчастей :) вызвался помочь ребятам и съездить в Дудинку за запчастями для снегохода.

Фото 8. Со снегоходчиками.
Меж тем Лёша и Стас закончили установку редуктора. Настал момент истины – Стас даже со мной, наверное, не был так нежен, как сейчас он трогался на машине, но машина не поехала. Мы не успели даже расстроиться – поняли, что за неделю просто примерзли колёса. Машина поехала! Ура!

Фото 9. Красота заполярья.



Фото 10. Нас снова трое.
Поехали обратно в Дудинку, наш экипаж самый счастливый – в честь такого праздника я раздала весь запас пирожных.
Поехали по своему треку, наш след качественно перемело, придерживаться его очень сложно. Немного не доехав до места ночевки у нас лопнуло заднее правое колесо по месту сварки. Буквально за неделю до старта экспедиции нам прокололи два колеса. Если бы я могла найти этого человека, я бы с удовольствием совершила бы с ним какие-нибудь противоправные действия. Перед поездкой купить новые покрышки нам не позволяли ни бюджет, ни сроки их доставки из Исландии. Для полного счастья ArcticTrucks резина направленная и запаска у нас левая, а на разрыв пошло правое колесо. В общем сразу после редуктора это навеяло грустноватые мысли.
Поставили запаску и встали на ночевку недалеко от полюбившейся нам транспортной подбазы.

Фото 11. Зимники буровиков.

06.03. -30°, солнечно, ветрено, 230 км., ходовое время 14 часов.
Доехали до транспортной подбазы, возле которой ночевали в прошлый раз. Нас очень радушно приняли, честно сказали, что не очень верили в успех нашего предприятия, но счастливые лица и магнитики с Диксона развеяли их сомнения в нашей нормальности. Нас накормили вкуснейшим обедом и после фото на память мы поехали дальше.

Фото 12. Подбаза.
К вечеру приехали в Дудинку, и приняли решение сразу ехать в Норильск. В Дудинке погода была ясная, а вот на трассе задул такой ветер, что мы обнаружили в кювете легковой автомобиль, который туда просто сдуло. Вытащили бедолагу обратно на дорогу. На подъезде к Норильску ветер также неожиданно стих, как и начался.
Заселились в гостиницу с одноименным названием «Норильск», с большими кроватями и маленькими ванными.
/
Фото 13. Норильск принял.

Фото 14. Весёлый город Норильск.

07.03. -10°, метель, 70 км., ходовое время 8 часов
Решили, что у каждого экипажа будет своя культурная программа в связи с разностью вкусов. Райт очень хотел попасть на Голгофу, чтобы поставить там свечи, которые ему передал бывший заключенный Норильлага из Эстонии. Райт еще в прошлую поездку должен был поставить эти свечи, но тогда они не доехали до Норильска.
Музейный мемориальный комплекс «Норильская Голгофа» является собранием национальных мемориалов, отдельных памятников русским, литовцам, эстонцам, полякам, евреям – жертвам политических репрессий. Расположен на месте массового захронения заключенных Норильлага.

Фото 15. Норильская Голгофа.

Фото 16. Норильская Голгофа.

Фото 17. Память.
В нашем экипаже я и Алексей в Норильске уже были, а Стас музеями и архитектурными изысками не интересуется.

Фото 18. Дома Норильска.
Ему очень хотелось попасть на экскурсию на Норникель, но там такой жесткий пропускной режим, что у нас ничего не вышло. Вообще в городе, куда ни сунься, везде Норникель. В прошлую поездку мы ездили на гору, с которой открывался вид на комбинат и город, а в этот раз въезд был перекрыт шлагбаумом с табличкой, что это территория Норникеля. В итоге мы ограничились обзорной экскурсией по городу, которую нам устроил знакомый Стаса – Дима.
«Нори́льский ни́кель» — российская горно-металлургическая компания. Ранее основная часть современного «Норильского никеля» была известна как [img]undefined[/img]«Норильский горно-металлургический комбинат им. А. П. Завенягина»[/url] (НГМК).

[img]http://cs621431.vk.me/v621431494/1f244/1DaohtNPNMY.jpg[/img];
Фото 19. Хозяин города.

В Норильске командой было принято два важных решения: мы решили возвращаться через Хатангу и Юринг-Хаю. В связи с этим штурман эстонского экипажа Кристо был вынужден улететь домой, так как предстоящий путь таил в себе много неожиданностей, и мы могли выйти за пределы оговоренных сроков.
«Путь от Дудинки на Хатангу был проложен еще во времена Мангазеи. Он шел вдоль северной окраины Среднесибирского плоскогорья, по кромке лесной растительности. Дороги в обычном понимании здесь, конечно, нет, было только направление, по которому ездили от станка к станку. Станки — это привычные, наиболее удобные места зимних стоянок оленеводов и кочевников, где они вели торг с приезжающими русскими людьми. Места стоянок за столетия закрепились и получили названия или по местности — Медвежий Яр, или по речкам — Самоедская, Авам, Рассоха, Новая, или по именам обитателей — Мироновское, Бархатово.»
Урванцев Н.Н. Таймыр — край мой северный


Фото 20. Куда едем дальше?
Попрощавшись с Кристо, пообедали, как белые люди, в столовой и отправились в сторону Талнаха. На выезде из города у пермского экипажа застучала вискомуфта. Поломка конечно не критичная, но и не очень приятная. Связались с норильскими джиперами и через час получили в подарок исправную вискомуфту. Джиперское братство не имеет границ!
По пути сфотографировала пристань Валёк, с которой в 2012 году стартовал второй этап Сибирского марафона на плато Путорана.

Фото 21. Пристань Валёк.


Фото 22. Бултыхаемся.

«Расспрашиваем, какие речки впадают в Норильскую. Костя нам рассказал, что кроме Листвянки и Еловой в нее впадает еще речка, в которой ловится круглый, как валек, сиг. Его рыбаки так и зовут вальком. Потом я достал такого сига, залил его формалином и передал Красноярской ихтиологической лаборатории. Это оказался новый вид семейства сиговых. По нему и речку назвал Валек. Сейчас против нее стоит поселок Валек».
[right]Урванцев Н.Н. Таймыр — край мой северный.[/right]

Фото 23. Замерзшая гладь.

Фото 24. Команда после ночи пурги.
Впереди нас ждал, как обычно, заметенный след от тяжелой техники. Погода наконец-то определилась что ей делать: поднялся ветер, запуржило, видимость упала, лобовое стекло и щетки стеклоочистителя сильно обмерзают. Шли вдоль отрогов Путоран, этот ветер дует именно с них. Все деревья в этой части тундры согнуты в одном направлении, а с наветренной стороны с некоторых содрана даже кора. Когда мы встали на ночевку, ветер укачивал нас как в колыбели. Промелькнула в голове мысль о том, что семидесятка, вообще то, не самая устойчивая машина, не проснемся ли мы утром на боку?


Фото 25. Отроги плато Путорана.

Фото 26. Романтичные пейзажи

«Здесь же, у Самоедской Речки, нам пришлось переждать жестокую снежную бурю, пожалуй, самую сильную из всех, испытанных мной. Она носила характер "боры", когда холодные воздушные массы с поверхности плоскогорья лавиной низвергались в низменность тундры. Ветер и снежные вихри настолько сильны, что стоять было невозможно, пробирались ползком. Буря продолжалась два дня, потом сразу все стихло, прояснилось, засияло солнце. Нарты с грузом сразу же занесло снегом, и это спасло их от опрокидывания и поломок. Нарту с лодкой как более легкую, видимо, несколько раз перевертывало, так как она оказалась совсем не там, где мы ее оставили»
[right]Урванцев Н.Н. Таймыр — край мой северный[/right]
[right]Джипер в тундре ждёт дорогу,
А дороги в тундре нету.
Едем снегом понемногу,
Хорошо бы выйти к лету.

Ю. Задорожная[/right]
08.03 -8° пасмурно, ветрено, 230 км ходовое время 10 часов
Утром ветер утих. Наши продуктовые ящики на крыше оказались ободраны и пробиты множеством мелких отверстий, как будто мы попали под каменный град. Наши машины оказались ветру не под силу, что не помешало ему мелко напакостить.


Фото 27. Стойкий оловянный солдатик.
С утра сладостями поздравили друг друга с 8-ым марта, а вечером отмечали «маленькой воткой» и праздничным салютом.

Фото 28. Праздник к нам приходит.

09.03 -10° солнечно, 190 км ходовое время 19 часов.
Идём на село Волочанка по следам камазов. Очень быстро догоняем их. Так как биться в свежем пухляке особого смысла нет, а колонна камазов идёт вполне бодро, то решили часик постоять, чтобы потом в своём темпе пойти по колее.
В районе позднего обеда приехали в Волочанка-city национальное село, где основное население это долгане.
Фото 29. Центровой поселок Таймыра.
Здесь нам подарили чудесные рога северного оленя. И две шкуры. Я теперь грею голову как их довезти до дому (не дай бог потеплеет) и как их выделать, тоже загадка. Ещё у меня едет сушёная Енисейская рыбина, подаренная на транспортной подбазе, тоже должно получиться чучело.
«Старинное поселение Волочанка возникло еще в XVI веке при впадении реки Волочанки в Хету как конечный пункт водного пути с Енисея на Хатангу. Здесь стояли четыре довольно хорошие избы из местного леса. Три выстроены лет 20 назад, четвертая — только в прошлом году. В ней помещался райисполком и жил его секретарь Астраханцев. Имелись торговая лавка и хлебопекарня».

[right]Урванцев Н.Н. Таймыр — край мой северный[/right]


Фото 30. Авто снаряжено!

Фото 31. «Волочанка – сити».
Возле Волочанки в прорубе пополнили запас питьевой воды из реки Хета. На краю проруби лежала вмороженная оленья шкура, наверное, для того, что бы на ней можно было сидеть, пока набираешь воду. Но шкура уже давно вмёрзла в лёд, и единственное, что эта шкура делала это добавляла шерсть в воду.


Фото 32. Бывает так.

Фото 33. А бывает и вот так.
В нескольких километрах от Волочанки стоят огромные антенны тропосферной связи, циклопические, ни на что не похожие сооружения посреди тундры. Раньше они использовались для связи с кораблями в мировом океане и атомными подводными лодками. Для функционирования каждой антенны был необходим дизель-генератор, а обслуживание антенн осуществляла целая восковая часть.
Сейчас технологии ушли далеко вперёд и надобность в этих антеннах отпала. Стоят вот теперь памятниками очередной человеческой империи. Может потом их будут изучать как Парфенон или восстанавливать их образ как колосс Родосский.

Фото 34. Вот такие штуки.


Фото 35. Фото антенн с просторов интернета.
Шли по следам камазов, колея у них широкая, да ещё и глубокая, потому что они сильно груженные. Временами пытаемся обходить колею по тундре, но из-за оттепели получается всё хуже и хуже. Обошли вставшие на ночёвку камазы по старому заметённому следу – идти стало проще. Решили по максимуму использовать тёмное время суток и на ночевку встали около пяти утра.

10.03.
Соответственно проснулись только около обеда. Продолжаем идти по Хете по старому следу. Очень тепло, идти стало еще тяжелее, периодически подтягиваем друг руга лебедками. У нас на автомате расход 6 вёдер на сотню – печально.
Камазисты, которых мы встретили накануне, сказали что будут ждать встречный рейс геологоразведки из Хатанги, а потом пойдут по их свежему следу. Судя по тому, что мы никого не встретили, встречный рейс из Хатанги тоже решил подождать камазистов. В итоге свежую колею набиваем, пока, только мы.
Надоело скрестись в этих сугробах и решили немного поспать в ожидании темноты и ночных заморозков. Поехали с наступлением сумерек, стало намного проще. В этот день всех порадовал красивый огненный закат – в постоянно белой пустыне яркие краски были просто отдохновением для глаз. Всего должно быть в жизни в меру: устать можно как от белого безмолвия, так и от постоянного буйства красок.
Чтобы не терять время и силы шли всю ночь и на ночевку встали опять около пяти утра.


Фото 36. Немного метет.



11.03
Спим не очень много, но усталость совсем не чувствуется – все готовы мчать дальше. Вчера вечером встретили Трекол с баптистами, которые ездят по населенным пунктам и читают проповеди. Треколячий след был посимпатичнее камазячего, поэтому пошли по нему. Конечно на пониженной, но скорость временами достигает 36 километров в час. Прошли слияние рек Котуй и Хета, которые образуют речку Хатангу. К вечеру приехали в одноименный поселок. Хатанга не производит удручающего впечатления, население около двух с половиной тысяч человек, есть ресторан и ювелирный магазин – жизнь здесь, можно сказать, бьет ключом.


Фото 37. Нац. логотип.
Опять припали к благам цивилизации в виде гостиницы и горячего душа. Машинки, благодаря гостеприимству полярной геолого-разведывательной экспедиции удалось поставить в теплые боксы – пусть они хорошенько оттают перед следующим непростым перегоном до Юринг-Хаи. У нас надо провести проф. осмотр подвески, Райту разобраться с отказавшим ресивером, а Жене – с развалившимся генератором.

Фото 38. Штаб ПГРЭ.
В гостинице, где мы живем, в соседнем номере уже несколько месяцев живет сотрудник полиции, которому ещё не успели предоставить ведомственное жилье. Я не с первого раза смогла ему объяснить, что мы не по работе сюда приехали и не на самолете, а что есть такие люди, готовые потратить свой отпуск, чтобы приехать на своих машинах в такую даль.

Фото 39. Наверное, Каи плохо кормила Райта в дороге:)

12.03.
Сегодня почти днёвка в Хатанге. Идея выспаться не получилась – почти все проснулись около 9 утра. Из режима «девятнадцать часов едем, пять часов спим» выйти уже не так просто.

[right]«Утром пили чай, завтракали. Затем ловили и запрягали оленей. Уходило на это часа четыре, а то и больше, сборы сопровождались веселым гамом, гиканьем пастухов, лаем собак. После запряжки снова пили чай и только тогда пускались в путь».
[/right]
[right]Урванцев Н.Н. Таймыр — край мой северный
[/right]
Съездили в порт, где увидели ледовую дамбу, которую намораживают каждый год для защиты судов в порту от весеннего ледохода. Таких сооружений всего два в мире.


Фото 40. Дамба.
Потом мы сходили в музей народного творчества, Краеведческий музей и пообедали в ресторане Хатанга. В Краеведческом музее нам рассказали много интересного о коренных народах Таймыра: ненцах, энцах, нанасанах, долганах и эвенках, поговорили с нами на долганском языке в музее Огдо Аксёновой и сыграли для нас на баргане.

Фото 41. Северные народы.

На этом наши развлечения закончились, а впереди уже заждались 560 километров непонятной колеи.


Фото 42. Доброжелательные долгане.

Фото 43. Суровые полярники.
Сразу за Хатангой пришлось на недолго остановиться, чтобы проверить генератор пермской восьмидесятки. Вчера он развлек нас по полной, слегка развалившись. Мы уже приготовились «пурговать» в Хатанге, в ожидании нового генератора. К счастью, Женя смог победить его, использовав запчасти с нашего запасного генератора.



Фото 44. Привет, Хатанга.
Едем по хорошему треколовскому следу, настроение у всех отличное, пока не поняли, что след сворачивает в речку Новую на озеро Кокора, где почти в промышленных масштабах ловят рыбу. По этому направлению мы могли бы попасть на мыс Челюскин, но в планах на этот год его у нас не стояло. Пришлось звонить водителям, которые возят грузы по этим, с позволения сказать, зимникам. В этом году след огибает остров после деревни Жданиха не по левой протоке, а по правой, в общем имеющийся у нас трек прохождения этого участка оказался бесполезным, потому что каждый год снег надувает по разному и наиболее проезжабельные участки оказываются совсем в других местах. Пришлось вернуться семь километров назад по своим следам, где нашли следы от снегоходов, Камазов (возможно Уралов) и Трекола, идущие в нужную для нас сторону.


Фото 45. На реке.
На встречу ехал Трекол МЧС. Я заметила, что многие северные водителя, увидев нас, деловито пинают колёса наших машин – колёса низкого давления такого маленького размера для них непривычны. Наст очень плотный, не смотря на то, что на улице всего минус пять и похоже, будет ещё теплеть.
Уже ночью на пермской восьмидесятке на покрышке появилась трещина. Заклеили её в полевых условиях, но на утро покрышка все-равно травила. Ещё раз убедились, что китайские ArcticTrucks не самая выгодная лотерея.


Фото 46. Первые проблемы.
22 Октября 2015 22:18:50
Класс! Особенно, что с дневником Урванцева!!! 8)
  • Архив

    «   Март 2019   »
    Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
            1 2 3
    4 5 6 7 8 9 10
    11 12 13 14 15 16 17
    18 19 20 21 22 23 24
    25 26 27 28 29 30 31