Отчет об экспедиции

2001. Обь-Енисейский канал - 2

17.07.2001
2001. 
Обь-Енисейский канал - 2

Журнал "Турбо". Ноябрь 2001.
Автор статьи П. Мирошников. Фото автора.

Машины во времени

Часть 2

"Генеральское" или, как его еще называют, "Генеральное" болото. Между двумя ближайшими берегами, метров 400-500, точное расстояние "на глазок" определить сложно. Примерно на середине, моховые кочки с растущими на них невысокими, около метра, чахлыми сосенками. На заросшей лесом "гриве", полуостровом вдающейся в болото, чуть заметная просека, продолжение нашей дороги.

"Баронский тракт". Реконструкция

Разведка болота показала, что глубина его приблизительно полметра (по колено). Местами глубже, местами мельче (самое глубокое место, сантиметров 70), но необходимо учесть, машина намного тяжелее человека, так что наши измерения весьма приблизительные. Радует, что нет топей. По "моховому острову" можно пройти, как по сухому, а вот у противоположного берега сложный участок, глубокое место с холодной проточной водой.

По словам егеря Александра Васильевича, в обычные годы по этому болоту можно пройти, не замочив сапоги, но этот год особенно дождливый. Подтверждение его слов, слой воды, покрывающий нежную болотную зелень.

Собравшись командой на берегу, решаем, что делать. Выслушиваем мнение каждого. Обсуждаем поступающие предложения, этакий болотный "мозговой штурм". В итоге приходим к общему мнению: болото одолеть можно. Конечно, придется повозиться, но что легко не будет, все знали еще дома. К трудностям готовы и морально, и физически. К тому же, это только начало путешествия. Сил много, и все рвутся в бой.

Ставим лагерь чуть в стороне на сухом месте. На его обустройство отводим час, после чего дружно идем на работу. С этого дня слово "работа" прочно входит в наш лексикон. Теперь каждое утро мы выходим на "работу". Наш "рабочий" день длится до самого вечера, благодаря чему машины быстрее продвигаются вперед. Работа, каждодневная, тяжелая, изматывающая.

Строим дорогу через "Генеральское" болото

Сегодня, пока светло, нам нужно заготовить как можно больше деревянных брусков, которые завтра пойдут на строительство дороги. Они будут выполнять роль опор, шпал. Сверху мы настелим мостки, которые везем с собой, а по мосткам уже пойдут машины. Но выдержат ли бруски и мостки, почти трехтонные автомобили? Надеемся, выдержат.

Егерь выделяет делянку, где можно пилить лес, как-никак мы на территории заказника, где самовольная рубка леса запрещена. Говорит, что мы ему заодно и лес проредим. Он все еще не верит в серьезность наших намерений, посмеивается: "Потешатся ребята, устанут, да и домой повернут". Несмотря на иронию, с "огоньком" беремся за дело.

Работа кипит. Далеко над болотом разносится визг пил и стук топоров, шум падающих деревьев и треск ломающихся веток. Стволы распиливаем на двухметровые бруски и укладываем в штабеля по берегу. В болото пойдем завтра.

Вечером у костра, очередное собрание. Решаем, кому предоставить право "первопроходца". По общему мнению, Toyota Surf Александра Сухарева. Во-первых, машина лифтованная, стало быть, располагает лишними сантиметрами дорожного просвета; во-вторых, широкая резина; в-третьих, мощный дизель и лебедка. И самое главное, морально готов экипаж. Завтра машине предстоит выехать первой в места, где подобная техника еще никогда, за все время освоения этих земель людьми, ногой не ступала. При кажущейся обычности, это исторический момент.

Раннее утро. Низкие плотные облака, кажется, цепляются за вершины сосен. Идет мелкий дождь. Разбиваемся на две группы. Первая работает на этом берегу, укладывает заготовленные с вечера бруски. Вторая идет на ту сторону, готовить выезд из болота. В середине, где плотный мох, надеемся, что Toyota сможет проскочить своим ходом.

Вода сверху. Вода под ногами. Скоро все промокают до нитки, но никто и не думает уходить. Работа спорится, и дело идет. Уже вырисовываются контуры будущей дороги. Настроение отличное.

Уже после возвращения домой участников марафона постоянно спрашивали: "Какие моменты были самыми интересными, самыми важными?". Отвечая на этот вопрос, многие вспоминали именно штурм "Генеральского" болота.

Здесь, на этом болоте, наверное, у каждого появилась внутренняя уверенность в том, что мы способны преодолеть не только эту, но и все последующие преграды. Мы исполним задуманное, выйти к Енисею. В те дни мы набирались опыта, учились работать вместе и понимать друг друга с полуслова. Здесь рождалась команда.

Носим бруски. Сгибаемся под их тяжестью, проваливаемся по колено (а то и глубже) в воду.

От постоянного хождения вперед-назад мох и тина превращаются в вязкое месиво, не желающее отдавать утопающие в нем ноги. Ходить все труднее. Бывает, что, провалившись ногой в скрытую яму, теряешь равновесие и падаешь, придавленный бревном. Выкарабкиваешься весь в тине. Тина украшает! Чтобы удобней ходить, укладываем бруски на расстоянии шага, а уже через какое-то время с поразительной легкостью, как циркачи прыгаем с одного бревна на другое.

Мастерство приходит с опытом

Под слоем болотной тины то и дело ощущаем твердую опору, полусгнившие лесины. Мох постепенно приминается, и они выходят на поверхность. Бревна, уложенные в три ряда, тянутся почти через все болото. Это остатки того самого "Баронского тракта", дороги, построенной более ста лет назад, дороги, которую мы искали и по которой надеемся выйти к Енисею.

ИСТОРИЧЕСКАЯ СПРАВКА

"Баронский тракт", дорога, проложенная через тайгу и болота, идущая от шлюза к шлюзу и соединяющая их сухопутным путем на протяжении всего Обь-Енисейского водного пути. Тракт начинал свой отсчет от деревни Усть-Озерное и тянулся на сотни верст, а "Баронским" его назвали в честь руководителя строительства канала, начальника Томского округа путей сообщения, действительного статского советника, барона Бьорка Александровича Аминова.

Уникальная дорога: проложена она была не только по сухим местам, но и по болотам. Причем болотистых участков намного больше. В таких местах строились "гати", дороги с деревянным покрытием. Ширина их такова, что на ней спокойно разъезжались две телеги. Через реки сооружались мосты. Вдоль всего тракта стояли верстовые столбы. Движение даже в этих глухих местах было оживленное.

Частично тракт разрушили во времена Гражданской войны, когда зимой 1918-1919 гг. в этих местах прошли кровопролитные бои между белогвардейскими отрядами под командованием Олаферовского и красноармейскими частями особого назначения (ЧОН).

Разгромленные отряды Олаферовского, отступая под ударами чоновцев, буквально сжигали за собой пути отхода, деревянные гати. Больше всего гать пострадала в Красноярском крае.

После окончания Гражданской войны частично сожженный тракт пытались восстановить, но когда сам канал перестал действовать и люди покинули эти места, деревянную дорогу забросили.

Время сурово к тому, что осталось без присмотра человека. Сырой климат безжалостно расправился с деревянными конструкциями.

В короткий перерыв рассматриваем то, что осталось от тракта. Огромные продольные лесины (скорее всего, из лиственницы, дерева, не боящегося влаги) соединены между собой брусками-поперечинами, образуя равномерные клети. Сверху они покрыты досками, в результате чего получилась ровная проезжая часть. Места соединений обработаны топорами и подогнаны так плотно, что разъединить их удается только с трудом. Скорее всего, во всей конструкции не использовались гвозди (по крайне мере мы не нашли ни одного).

Указательные таблички XIX века

Где болота посуше, бревна тоньше, если же болото глубже, бревна и бруски соответственно толще.

Полдня работы, и, наконец, наступает момент, когда можно вести первую машину. Урча двигателем, Toyota медленно въезжает на аккуратно уложенные мостки. С берега ее страхует УАЗ. В случае "нештатной" ситуации ему предстоит вытянуть Toyot`у на берег.

Движение по сантиметрам. За рулем, Сухарев. Серьезен и сосредоточен, все внимание на ведущего машину. В этой роли "Командор" Куликов, он держит ситуацию в руках. Следит за малейшими движениями колес и руководит без слов, только жестами "вправо-влево", "стоп". Все действия, только по команде.

Пройдено полметра. Метр. Освободившиеся первые мостки передаются вперед. Пошли места поглубже. Пройдено три метра. Пять. Выявляются недостатки нашей конструкции, машина для нее тяжелая. Не справляющиеся с нагрузкой бруски-шпалы утопают, опасно заваливая то одну, то другую сторону машины. К тому же расстояние между брусками оказывается излишне велико, отчего металлические мостки начинают прогибаться, а деревянные, предательски трещать, готовые сломаться в любой момент. Страхуемся, подкладывая мостки поперек. Теперь не хватает мостков. Исправить создавшееся положение берется Сергей Гриднев, и уже через час в мостках недостатка нет: мотопилой он умудряется вырезать из цельного ствола замечательные мостки, толстенные прочные доски. Несколько раз Toyota все-таки сваливается с опор и вязнет в болоте. Чтобы вернуть ее на мостки, используем американский супер-домкрат "Хай-Джек". Действительно нужная, да просто необходимая в подобных походах вещь. Оцениваем по достоинству ее возможности в этом вязком болоте. Нам без "чудо"-техники пришлось бы, если честно, худо. Небольшой по габаритам домкрат способен поднять две с половиной тонны на высоту до полутора метров. С помощью "Хай-Джека" ставим поочередно на мостки все колеса. Болотная жижа неохотно расстается со своими пленниками.

Сейчас поправим, и дальше...

Попытка проскочить своим ходом "островок", казавшийся таким прочным, оканчивается неудачей. Рванув вперед, метров через десять Toyota гребет всеми колесами и роет себе яму-ловушку. Сели. Возимся, тащим. Еще рывок, опять сели. Мох не держит. Не помогает даже снижение давления в шинах. Вдобавок сильно мешают "клети" тракта: начиная разгоняться, машина упирается в скрытые подо мхом балки, теряет скорость и вязнет. Помучившись с откапыванием, решаем прибегнуть к помощи лебедки.

Собираем наличные веревки, тросы, канаты, связываем их между собой. Закрепляем одним концом за деревья на гриве, другим, к тросу лебедки. Получается больше ста метров (!). Первое время лебедка вертит вхолостую, растягивается веревка.

Натяг..., и машина медленно выбирается из жижи. Ползет на брюхе, толкая перед собой вал тины. Скоро усилие становится таким, что мы опасаемся, как бы не сгорела лебедка. Довольно экспериментов, будем двигаться на мостках.

Еще раз 50 толкнем - и мы на сухом

Спокойно преодолеваем последний, третий участок с его проточной холодной водой и выбираемся на сухое место. За плечами, пятьсот метров болота и восемь часов работы.

В лагере за ужином подводим итоги дня. Дорогу придется дорабатывать, однозначно. Всем последующим машинам лучше двигаться по мосткам, но самое главное: стоит ли вести за болото все машины? По словам местных, дальше нас ожидает дорога еще сложнее. Поэтому придется разделиться на две группы: вперед пойдут самые подготовленные машины, остальные будут на месте ждать сообщения от первых.

Если дорога дальше окажется непреодолимой, то первая группа вернется в лагерь. Но если появится хоть какой-то шанс прорваться, второй группе придется самостоятельно возвращаться в Новосибирск.

Вперед идут двенадцать человек, они поведут до Енисея три машины. Для изучения дороги снаряжаем разведку. Ей предстоит добраться до Касовского шлюза, который находится на границе Кеть-Касского заказника.

Поведет туда егерь Васильич, это его "владения". К сожалению, какая дорога впереди, он не знает, но рядом со шлюзом находится поселение, где живут три семьи староверов, Казанцевская заимка; у них наверняка узнаем про дальнейший путь. С собой разведчики возьмут прибор GPS (система глобального позиционирования), который по спутникам, с высокой точностью определяет координаты.

С его помощью вычисляем протяженность труднопроходимых и болотистых участков. Даем компактную видеокамеру: они заснимут возможные преграды, чтобы после возвращения мы смогли увидеть собственными глазами все, что нас ожидает.

Рассчитываем на разведку дней пять-шесть. За это время нам нужно перегнать на другую сторону "Генеральского" болота две оставшиеся машины и постараться добраться до реки Язевая, где предстоит брод.

Собираем продукты в "общий котел" из расчета на 15 дней пути. Горючее, масло. Но сложнее всего назначить машины, которые пойдут вперед, и тех, кто их поведет. К походу и испытаниям готовились все. Все полны решимости идти до конца.

Выбор оказывается трудным. В итоге назначены, Isuzu Mu и УАЗ Вадима Сиваракши. В команду двенадцати входят экипажи отобранных машин: Toyota, Сухарев, Нагорнов; Isuzu Mu, Куликовы Игорь, Вячеслав, Валентина; УАЗ, Сиваракша, Новицкий, Бут и волею судеб "свободные путешественники", Сергей Гриднев, Евгений Митрофанов, Роман Букатин и Павел Мирошников.

Старшим в оставшейся группе назначаем многоопытного Виктора Селиванова. Ему предстоит в случае самостоятельного возвращения провести группу по нелегкой обратной дороге до Катайги.

Все вопросы обсуждены. Завтра второй день "генеральского" штурма.

Второй и третий дни похожи друг на друга. Дождь. Болото. Не успевающие просохнуть за ночь вещи. Дружная работа. Дорабатываем дорогу. На уже уложенные бруски выкладываем продольные лаги, длинные тонкие стволы. На эти лаги укладываем мостки. Такая "гать" выдержит любую машину! "Муху" проводим часов за пять.

С УАЗом сложнее. Машина непредсказуема. Дело в том, что на ней установлены блокирующие дифференциалы от БТР, благодаря чему гребут одновременно все четыре колеса. Где-нибудь в грязи это сильно бы пригодилось, но здесь другие условия.

Немного больше газа, и колеса просто вырывают из-под себя уложенные мостки. Приноравливаемся к такому характеру, ведем очень аккуратно и осторожно.

На середине болота мелкий моросящий дождь сменяется на крупные капли. В разрывах серых туч показались лоскутки голубого неба, а вместе с ними, долгожданные теплые лучики солнца. Все вокруг преобразилось. Даже болото стало выглядеть дружелюбным. Над "гривой", к которой мы стремимся, вспыхнула радуга. Своими краями она "упирается" в болото, а наша дорога идет прямо в "центр". Радуга-ворота. Это к удаче! Удивительная, но, к сожалению, недолгая картина. Облака окончательно развеиваются, над нами, чистое небо. Настроение улучшается. Начиная с этого дня, погода нас балует теплом и солнцем. Дожди не беспокоят до самого финиша.

Третья машина на берегу. Отдыхаем. Вспоминаем события последних дней. Любуемся восхитительным закатом, но начинает темнеть и нам пора двигаться дальше. Нас ждут места, где еще никогда не ходили машины. Что нас ждет? Какие испытания? Маленький отряд идет вперед.

Темнеет быстро. Ночью лес становится таинственным и враждебным. Продвигаемся по еле различимой тропе. Впереди, освещаемые фарами, идут "пильщики". Они очищают дорогу от поваленных и мешающих движенью деревьев.

Проходим три километра и оказываемся перед очередной преградой, небольшим болотцем, преодолеть которое своим ходом не удается.

О том, что мы, на правильном пути, "говорят" остатки "Баронского тракта". Утром будет очередной "штурм" очередной преграды.

Для нас начинается "день сурка", все дни похожи один на другой. Настоящее приключение, если, конечно, каждодневную рубку деревьев и укладывание их в болото можно назвать приключением. Машины перетаскиваем через топи практически на руках.

Опять толкать надо...

Скорость движения на таких участках не превышает 300 метров в сутки. Попадаются сложные участки с сохранившимися клетями тракта, которые приходится закладывать чурками. Уже поверх укладываем мостки. Стоит машине сорваться с мостков, как она оказывается в ловушке и, повиснув на бревне, беспомощно вращает колесами. Спасают домкрат (который порой не подсунуть) или лебедка (которую порой не за что зацепить).

Экстремальное путешествие: порванные лебедки и сгоревшие сцепления, гнус, комары, запиваемая бурой болотной водой скудная пища, не успевающая за ночь просохнуть одежда и обувь, постоянная усталость.

Идут дни за днями, и болота уже не пугают своей непролазностью. Мы привыкаем к ним, они становятся чем-то своим, что постоянно рядом; заканчивается одно, начинается другое, всегда разное и одинаково трудное, но, тем не менее, преодолимое.

Не спи, товарищ!

Подъем, родной!

Начнем в болоте

Свой день трудовой!

, будят лагерь бодрые кричалки Ромы Букатина. Причем каждое утро, новые! Отдохнувшие за ночь, полные сил идем на работу. С утра до вечера, мостки, мостки, мостки.

Мосток в среднем весит около 20 кэгэ. Ради интереса подсчитали, в день на каждого приходится несколько тонн. Деревянные мостки, пропитавшись водой, становятся неподъемными. Вечером руки и ноги буквально гудят. Кажется, сил больше нет, но стоит наступить утру, как все повторяется сначала.

Донимают комары и мошки, которых здесь тучи. Спасаемся мазями. Некоторые помогают, другие бесполезны. Перед заходом в тайгу местные жители посоветовали нам народное средство, деготь. Мы поострили на эту тему, но на всякий случай от предложенного "пузырька" не отказались. И как оказались правы! Уже здесь, смешав мазь и деготь, получаем волшебное средство, ни один кровосос нас не беспокоит. Даже спим намазанные. Правда, пахнем, как сапоги, но это такие мелочи...

При подготовке материла использовались научные статьи сотрудников Томского областного краеведческого музея.



Страницы: (5) описание | 1 | [2] | 3 | 4

<< назад | вперед >>